Теперь бьюсь челом о сруб светлицы возхохотамше под лавкою!
… люди живут абсурдом, в абсурде, пытаются с этим абсурдом бороться, в результате чего все их попытки превращаются в одну большую и нудную пытку.
А с абсурдом бороться не надо. Его надо просто принять — как данность нашего существования. Принять безо всякой тщеты мудрования, «переосмыслений», суесловия и постичь, что в таком принятии кроется, а заодно и раскрывается так называемый секрет счастья. (Эрнест Цветков. Исцеление абсурдом)
— Как погиб? — … — Полез на яблоню за арбузом, тут-то его вишней и придавило? (Сергей Лукьяненко. Чистовик)
Почти все мы полны противоречий… Учебник логики скажет вам, что абсурдно утверждать, будто желтый цвет имеет цилиндрическую форму, а благодарность тяжелее воздуха; но в той смеси абсурдов, которая составляет человеческое «я», желтый цвет вполне может оказаться лошадью с тележкой, а благодарность — серединой будущей недели. (Сомерсет Моэм. Друзья познаются в беде)
Абсурд есть истина, притворившаяся ложью (Кротов Я.)
Оправдание абсурдного мира может быть только эстетическим (Камю А.)
— И Господь сказал: прежде всего, выдерни Священную Чеку, затем сосчитай до трех, не больше и не меньше. Три есть число, до которого ты должен сосчитать, и это число должно быть три. До четырех ты не должен считать, и до двух тоже, если только ты не считаешь до трех. До пяти считать не надо. Когда число три, явяляющееся третьим числом, будет достигнуто, ты должен бросить эту Священную Гранату в своих врагов, и они тут же сгинут. Аминь. (Монти Пайтон и Святой Грааль)
— Ну что ж… – начал он и сам же себе ответил: – Да ничего! Случилось то, чего не случалось, а если и случалось, то другое. Среди нас нашелся тот, кого не было среди нас, но оказалось, что был. Это, как говорится, и радостно и грустно. Грустно потому, что его не было, а радостно потому, что оказалось, что был. Теперь у нас есть все основания сказать, что нет никаких оснований говорить, будто герои перевелись в наше время. Они, конечно, перевелись – и никто с этим не спорит, однако сегодня мы видим перед собой настоящего героя. Разумеется, в нем нет ничего от героя, но он герой, несмотря на это. То, что он герой, незаметно с первого взгляда. И со второго. И с третьего. Это вообще незаметно. Встретив его на улице, вы никогда не скажете, что он герой. Вы даже скажете, что никакой он не герой, что – напротив – он тупой и дрянной человечишко. Но он герой – и это сразу же бросается в глаза. Потому что главное в герое – скромность. Эта-то его скромность и бросается в глаза: она просто ослепляет вас, едва только вы завидите его. Он вызывающе скромен. Он скромен так, что производит впечатление наглого. Но это только крайнее проявление скромности. Стало быть, несмотря на то, что в нем нет ничего, в нем есть все, чтобы поцеловать Спящую Уродину и пробудить Ее от сна. Я мог бы еще многое добавить к сказанному, но добавить к сказанному нечего. (Евгений Клюев. Между двух стульев)
В борьбе с абсурдом так и надо действовать. Реакция должна быть столь же абсурдной. А в идеале — тихое помешательство. (Сергей Довлатов. Филиал)
Мы наблюдаем интереснейшее явление: бессмыслица как средство общения между людьми. (Лец С.Е.)
Одним из серьезных ощущений, связанных с нашим временем, стало ощущение надвигающегося абсурда, когда безумие становится более или менее нормальным явлением. (Довлатов С.Д.)
...абсурдизм вряд ли можно понять в его собственных терминах, потому что понимание — это о-смысл-ение, а осмысление — прямая противоположность абсурда. Если мы хотим понять абсурдизм, то мы должны взглянуть на него извне, избрав такую точку зрения, от которой происходит слово "понимание". Лишь таким образом мы сможем разогнать интеллектуальный туман, которым окутывает себя абсурдизм, отражая всякий разумный подход нападением на разум. Короче говоря, мы должны посмотреть, на абсурдизм с точки зрения веры. (Роуз Ю.)
Страус не просто прячет голову в песок - он зрит в корень! (Степан Балакин)
Всё продумано, но ещё не осмыслено... (Михаил Мамчич)
Подборка картинок
Если кому-то есть, что добавить на эту тему, прошу
А с абсурдом бороться не надо. Его надо просто принять — как данность нашего существования. Принять безо всякой тщеты мудрования, «переосмыслений», суесловия и постичь, что в таком принятии кроется, а заодно и раскрывается так называемый секрет счастья. (Эрнест Цветков. Исцеление абсурдом)
— Как погиб? — … — Полез на яблоню за арбузом, тут-то его вишней и придавило? (Сергей Лукьяненко. Чистовик)
Почти все мы полны противоречий… Учебник логики скажет вам, что абсурдно утверждать, будто желтый цвет имеет цилиндрическую форму, а благодарность тяжелее воздуха; но в той смеси абсурдов, которая составляет человеческое «я», желтый цвет вполне может оказаться лошадью с тележкой, а благодарность — серединой будущей недели. (Сомерсет Моэм. Друзья познаются в беде)
Абсурд есть истина, притворившаяся ложью (Кротов Я.)
Оправдание абсурдного мира может быть только эстетическим (Камю А.)
— И Господь сказал: прежде всего, выдерни Священную Чеку, затем сосчитай до трех, не больше и не меньше. Три есть число, до которого ты должен сосчитать, и это число должно быть три. До четырех ты не должен считать, и до двух тоже, если только ты не считаешь до трех. До пяти считать не надо. Когда число три, явяляющееся третьим числом, будет достигнуто, ты должен бросить эту Священную Гранату в своих врагов, и они тут же сгинут. Аминь. (Монти Пайтон и Святой Грааль)
— Ну что ж… – начал он и сам же себе ответил: – Да ничего! Случилось то, чего не случалось, а если и случалось, то другое. Среди нас нашелся тот, кого не было среди нас, но оказалось, что был. Это, как говорится, и радостно и грустно. Грустно потому, что его не было, а радостно потому, что оказалось, что был. Теперь у нас есть все основания сказать, что нет никаких оснований говорить, будто герои перевелись в наше время. Они, конечно, перевелись – и никто с этим не спорит, однако сегодня мы видим перед собой настоящего героя. Разумеется, в нем нет ничего от героя, но он герой, несмотря на это. То, что он герой, незаметно с первого взгляда. И со второго. И с третьего. Это вообще незаметно. Встретив его на улице, вы никогда не скажете, что он герой. Вы даже скажете, что никакой он не герой, что – напротив – он тупой и дрянной человечишко. Но он герой – и это сразу же бросается в глаза. Потому что главное в герое – скромность. Эта-то его скромность и бросается в глаза: она просто ослепляет вас, едва только вы завидите его. Он вызывающе скромен. Он скромен так, что производит впечатление наглого. Но это только крайнее проявление скромности. Стало быть, несмотря на то, что в нем нет ничего, в нем есть все, чтобы поцеловать Спящую Уродину и пробудить Ее от сна. Я мог бы еще многое добавить к сказанному, но добавить к сказанному нечего. (Евгений Клюев. Между двух стульев)
В борьбе с абсурдом так и надо действовать. Реакция должна быть столь же абсурдной. А в идеале — тихое помешательство. (Сергей Довлатов. Филиал)
Мы наблюдаем интереснейшее явление: бессмыслица как средство общения между людьми. (Лец С.Е.)
Одним из серьезных ощущений, связанных с нашим временем, стало ощущение надвигающегося абсурда, когда безумие становится более или менее нормальным явлением. (Довлатов С.Д.)
...абсурдизм вряд ли можно понять в его собственных терминах, потому что понимание — это о-смысл-ение, а осмысление — прямая противоположность абсурда. Если мы хотим понять абсурдизм, то мы должны взглянуть на него извне, избрав такую точку зрения, от которой происходит слово "понимание". Лишь таким образом мы сможем разогнать интеллектуальный туман, которым окутывает себя абсурдизм, отражая всякий разумный подход нападением на разум. Короче говоря, мы должны посмотреть, на абсурдизм с точки зрения веры. (Роуз Ю.)
Страус не просто прячет голову в песок - он зрит в корень! (Степан Балакин)
Всё продумано, но ещё не осмыслено... (Михаил Мамчич)
Подборка картинок
Если кому-то есть, что добавить на эту тему, прошу
