Пятьдесят шестое письмо:
Пусть за дверьми все шумит и гремит, – лишь бы внутри не было смятения, лишь бы не ссорились между собой вожделение и страх, не затевали распрю и не мучили друг друга расточительность и скупость. Пусть по всей округе тишина – много ли нам в ней пользы, если наши страсти бушуют?
Подлинна только та безмятежность, чей корень совершенство духа.
Иногда и в покое нам нет покоя
Пятьдесят седьмое письмо:
Вот до чего слеп страх: он видит не исход, а только орудия.
Нет бессмертия с каким-нибудь исключением, и тому, что вечно, невозможно повредить.